Удивительное — рядом

Сергей Ривкин: «Выиграть все чемпионаты, стать мастером из мастеров и открыть в Смоленске музей – охотничий клуб!»

dsc6197
Удивительная история смоленского таксидермиста
12 Мая 2017 14:00
184
0

О профессии, современных тенденциях и материалах, планах и заветной мечте нам рассказал человек, который очень хорошо разбирается в животных. Он не зоолог и не грумер, да и животные попадают к нему в «разобранном» виде. А он их кропотливо и бережно собирает, окружает естественным антуражем, восстанавливая и сохраняя природную красоту на десятилетия. Сергей Ривкин – таксидермист (их еще по старинке называют чучельниками), к слову – один из лучших в России, заказы к которому поступают со всей страны и ближнего зарубежья.

– Сергей, обижаетесь, когда вас называют чучельником?

Уже привык. Поначалу как-то было обидно за профессию. Ведь таксидермия – это целая наука со своими законами и правилами. Теперь понимаю, что люди просто недостаточно о ней знают и, зачастую, очень предвзято относятся. Есть стереотипы, если ты делаешь чучело, значит, убиваешь животное, значит, ты – изверг какой-то, мясник по колено в крови. Хотя все вовсе не так. Это же настоящее искусство. Сейчас проводятся различные чемпионаты по таксидермии и в России, и в мире. Работы выставляются колоссальные. Можно многое узнать о животных, об их анатомии, питании, среде обитании, наконец. У нас в Смоленске заяц выскочил на Блонье – для людей целое событие. А что такое заяц? Охотники на него даже внимания не обращают! Тут же можно посмотреть, пощупать и не только зайца, а действительно редких животных, которых в естественных условиях и не увидишь никогда.

img_9828-18-04-17-22-46

Сергей Ривкин – таксидермист, один из лучших в России, заказы к которому поступают со всей страны и ближнего зарубежья

– А кто вы по образованию? Биолог?

Вообще-то я специалист по стрелковым видам спорта. Учился в Москве. У меня хорошо развивалась стрелковая карьера, даже состоял в сборной. Но получилось так, что сломал руку и понял, что все – конец! Интерес к спорту практически пропал. Тратить время на это больше не хотелось. И тут на глаза попалось объявление, что требуется ученик таксидермиста. А я с детства любил природу. Как-то хотелось повторить, воссоздать, поделиться ее красотой. Маме рассказывал, фотографировать пытался. С фотографией не сложилось. Моя любовь к природе вылилась в другую, более осязаемую форму. Съездил в одну студию, другую. Посмотрел, поучился у мастеров. Потом узнал, что в Брянске проходит чемпионат по таксидермии. Сделал работу «Мышкующая лисичка». И победил с ней в номинации «Профессионал». После этого меня пригласили поработать в московскую мастерскую под руководством чемпиона мира Александра Соколова. У него очень многому научился, да, практически, всему в профессии. Но в Москве не захотел оставаться, потому что люблю Смоленск. Открыл здесь собственную студию.

А образование, хоть и не связано с таксидермией, но в институте преподавались пригодившиеся для нее предметы – биомеханика, физиология, анатомия. И теперь это сильно помогает в работе. Изучив анатомию животных, просто переношу эти знания на изделие, и оно получается естественным, динамичным, как в природе. Без образования это, конечно, сложно сделать.
993

– Сергей, кто ваши заказчики?

Как правило, заказчики – это охотники, которые хотят, чтобы их трофей был увековечен. Очень маленький процент людей заказывают просто так. Сейчас модно делать в домах так называемые трофейные комнаты. И если еще каких-то 10-15 лет назад «мерялись» большими животными, рогами, головами, то сейчас ценятся маленькие работы. К примеру, вальдшнепы. Это такая маленькая птичка, у которой трофейным считается хвост – его ширина, длина пера. Заказывают медальончики, в среднем сантиметров 15 на 15. Среди охотников считается очень ценным трофеем.

На чемпионатах замеряют даже толщину уха, малейшее отклонение – все, не прошел.

– А домашних питомцев заказывают?

Не берусь принципиально. Потому что заказчик прожил со своей кошечкой, собачкой, свинкой много лет. Знает все ее ужимки, повадки, мимику, характер. Я сделаю анатомически все правильно, но того характера, настроения, которое знает заказчик, в силу объективных причин не смогу передать. Это будет плохая работа. То есть заказчик не увидит то, что он хочет видеть в своем животном. Да и эстетически мне не очень приятно из наших «друзей» изготавливать таксидермические изделия. Был один опыт – заказывали мопса. Специально выполнил очень плохо, чтобы не приставали больше. Для меня очень важно не только сделать все правильно с точки зрения анатомии и биомеханики, но и передать эмоцию, настроение.

К любому животному у людей разный подход. Например, куница. Для некоторых она, как девушка: красивая, ею восхищаются. А кто-то воспринимает ее как хищницу. Она у них всегда злая, оскаленная. И я всегда стараюсь понять заказчика, не просто как художник, которому нужна благодарность зрителя, но и с точки зрения бизнеса. Ведь, если заказчик доволен, будет рекомендовать тебя всем своим знакомым.

– Ваши зверюшки совсем как живые, а у некоторых даже глаза в темноте светятся. Прямо мороз по коже. Как удается достичь такого эффекта?

Сейчас в России доступны все американские комплектующие. Там бешеные деньги делаются на таксидермии. Это целая индустрия. С таким инструментарием, химией, как у нас сейчас, они работали в 70-е годы прошлого столетия. Есть фабрики, специализирующиеся на производстве глаз, в том числе и со светоотражающим эффектом. Или огромное количество химии для антуража. Например, искусственная вода или силикатный снег, который не отличить от настоящего. В общем, чего только не придумали! И, к счастью, все это теперь можно спокойно купить в нашей стране. Поэтому у нас зверь не просто стоит на досочке, как было раньше. Мы создаем природный, естественный для животного антураж. Кроме того, современные технологии дают практически пожизненную гарантию. Раз в 7-10 лет подновить краску, если она выцветет, может быть, химчистка, если часто трогать изделие – и все.
img_0564

Конечно, это стоит денег. Меня очень расстраивает в Смоленске, когда люди идут к откровенно слабому мастеру с фразой «зато дешевле». По мне, так таксидермическое

изделие – это предмет роскоши, а следовательно, либо уже не жалеть денег на хорошую работу, либо вообще не тратиться.

Сейчас ценятся маленькие работы, к примеру, вальдшнепы.

– Как совершенствуетесь в профессии, ведь курсов повышения квалификации в таксидермии, подозреваю, не существует?

К сожалению, нет. Стараюсь участвовать в конкурсах, чемпионатах. Это держит в тонусе. Потому что есть коммерческая работа, а есть чемпионатская. Когда ты делаешь коммерческую работу, ты некоторые нюансы под шкуркой можешь опустить. Складочки какие-то не пролепить, этого все равно видно не будет и в жизни никто не поймет, что их нет. Главное, чтобы все выглядело натурально и естественно. А на чемпионате минусуются баллы даже за малейшие расхождения выбранной цветовой гаммы с природной. И ты вынужден изучить животное просто досконально. От и до. Там замеряют даже толщину уха. Чуть толщина отклонилась от нужного параметра – все, не прошел.
luchshaya_rabota_chempionata

– Сергей, не могу не спросить вас о самом популярном на сегодняшний день в мире чучеле – Упоротом Лисе.

Мы между собой такие чучела покемонами называем. Где-то ошибся, что-то неправильно сделал, коллеги подходят: «Ты опять покемонов лепишь?». Ну, это мы так «подкалываем» друг друга. А Упоротый Лис мне нравится. Легендарная работа. Он, как «Черный квадрат» Малевича, единственный в своем роде. Иногда заказывают таких, но с трудом повторяешь. С профессиональной точки зрения, там ошибка на ошибке, «косяк» на «косяке». Но в данном случае, в этом и прелесть. Очень смешной зверь!

– Сергей, вас и вашу студию знают и в нашем городе, и далеко за его пределами. Какие профориентиры себе ставите? К чему стремитесь?

У меня есть мечта. Во-первых, посотрудничать с нашим смоленским музеем, чтобы обновить экспозицию. Как профессионалу, мне больно видеть там откровенно плохие работы. Готов сделать это бесплатно для себя при оплате лишь необходимых материалов, комплектующих. И второе – создать свой собственный музей, где подбирал бы экспозиции, исходя из собственного видения этого мира, чтобы люди приводили туда детей, фотографировались. А вечером он превращался бы в охотничий клуб. Пока в Смоленске ничего подобного нет. Думаю, что в течение 5-10 лет я ее осуществлю. Если найдется инвестор или человек со средствами, которому эта идея придется по душе, то и раньше. Ну и еще хочу выиграть все чемпионаты, победить всех, кого можно победить и стать мастером из мастеров таксидермии!

Автор: Елизавета Ноздрина
Фото: Фото из архива героя публикации