Главный герой

«Врач – это помощник Бога»

OLYMPUS DIGITAL CAMERA
Ежегодно в третье воскресенье июня в России отмечают свой профессиональный праздник представители одной из древнейших профессий – врачи. Они как панацея от всех жизненных невзгод – где-то кольнуло, хрустнуло, заныло, причем не обязательно взаправду, может, просто показалось – но мы идем к врачу. Несмотря ни на что, они продолжают нам помогать, ежедневно спасая тысячи жизней. По-другому не могут, потому что фанатично преданы своему делу. Эти слова в полной мере относятся к Вите Николаевне Покусаевой, врачу – акушеру-гинекологу высшей категории родильного дома «Красный крест» и преподавателю Смоленского государственного медицинского университета.
7 Июля 2016 14:51
735
0

 

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

– Вита Николаевна, Вы когда-нибудь жалели о том, что стали врачом?

– Могу не кривя душой сказать – никогда. Более того, каждый раз идя на работу, думаю, какая же я счастливая – мне хочется идти на работу. Вечером мне, конечно, хочется идти домой, но какое счастье, что я стала врачом. А еще большее, что попала в акушеры-гинекологи. Ведь это вообще отдельная специальность, продуктивная, приносящая радость и нам, и нашим пациентам.

– А как Вы попали в акушеры-гинекологи?

– У меня не было в роду врачей. Просто из всех вузов, которые в 86-м году работали в нашей области, медицинский институт казался самым интересным и, наверное, самым сложным, а мне всегда нравилось преодолевать какие-то препятствия. Когда я пришла поступать, сказала комиссии, что хочу быть хирургом. Но позже случилась интересная вещь. Я вдруг стала в операционной не то чтобы терять сознание, но мне становилось нехорошо. Это было трагическим открытием. Но вообще, в акушерстве и гинекологии совмещается и хирургическая работа, и лечебная. Поэтому я очень счастлива, что когда-то все произошло именно так.

– Вы уже более двадцати лет в профессии. Рождение ребенка для Вас это уже конвейер или по-прежнему чудо?

– Если с профессиональной точки зрения, особенно на дежурстве, когда идут роды, ты понимаешь, что это твой быт. Но каждый раз, стоя около роженицы, я все время поражаюсь, ну как из этой маленькой клеточки мог получиться 3–4-килограммовый организм? И потом  смотрю на женщину – как он там умещается? Вот для меня это до сих пор не загадка, но чудо, безусловно. Думаю, это не просто физиология. Я верю в то, что у каждого даже очень маленького человека есть душа, и она поселяется в нем задолго до рождения. На одном перинатальном конгрессе шла речь о том, когда в человека поселяется душа. По одной из звучавших версий – за семь дней до зачатия. Что-то в этом есть. И чем старше становимся, тем больше в это верим.

– Наверняка в вашей профессиональной жизни случалось разное, бывало ли страшно, когда даже не сразу понимаешь, что нужно делать?

– Что касается неготовности к ситуации, проблеме, то нет. Мы готовы всегда. Акушерство и гинекология – это самая экстренная из всех экстренных дисциплин. А страшно, да. Всегда страшно за мать и ребенка. Этот страх я бы назвала чувством гиперответственности. Когда случаются осложнения, ты знаешь, что нужно делать, знаешь алгоритм своего поступка. Но чувство, когда у тебя становится холодно в груди, мне знакомо. Оно позволяет мгновенно собраться, мобилизоваться и выбрать правильное решение.

Вот чего бы я не простила себе и своим коллегам – это равнодушия и наплевательского отношения. Например, поступает тяжелая женщина, диагностически неясная, все очень трудно. Если ты поднял всех, сделал все необходимые исследования, но результат, к сожалению, оказался не таким, как хотелось бы, то ты со спокойной совестью можешь сказать, что сделал все возможное. Это очень горько, ты этого пациента будешь помнить всю жизнь, но не будет ощущения недоделанности. Если же ты что-то недоделал, потому что у тебя закончился рабочий день, или тебе было лень обзванивать все лаборатории города, или еще почему-то, вот это непростительно. Это не врачебная ошибка, это халатность, преступление. Нам, врачам, это не позволено. Это непростительно, потому что у нас не бывает выходных, не бывает отпусков, не бывает ночей.

– Какие случаи из своей практики Вы запомнили на всю жизнь?

– Запоминаются всегда крайности. Например, суперблондин рождается, весь прямо беленький-беленький. Или женщины, которые рожают только мальчиков или только девочек. Сначала ты смеешься, потом сочувствуешь, потом понимаешь безысходность этого процесса. Вот такие случаи запоминаются.

– На смоленских форумах Вас очень хвалят…

– Льстят!

– …а какая для Вас самая значимая благодарность?

– «Если бы не Вы!», «Врач от Бога!». Вот  кто знает, какой он, врач от Бога? Но когда слышишь такие слова, то каким бы скромным ни был, это очень приятно. Эти слова приятны, но всегда смущают. А случается и так, что лучшая похвала – это отсутствие ругательств.

– Напоследок что бы Вы пожелали себе, своим коллегам и пациентам?

– Я много езжу по другим регионам, часто бываю за рубежом и вижу, что в Смоленске очень высокий профессиональный уровень врачей. Меня очень обижает, когда говорят – медицинская услуга. Мы спасаем людей, помогаем им, а не услуги оказываем. Поэтому коллегам хотела бы пожелать здоровья, терпения и, наверно, самое главное – не разочаровываться в своей профессии. А пациентам… Я являюсь ярым сторонником 3–4-х детей в семье. Обычно говорю женщинам: «За одним ко мне даже не приходите!». Так что пациентам – здоровья, рожать и веры в врача! К сожалению, сейчас в газетах, журналах, по телевидению происходит бесконечное топтание профессии. А как вы можете потом уважать врача, любого, вы его знать не знаете, но у вас уже сложился стереотип, что он – рвач, убийца и прочее. Я училась в 80-е годы, тогда даже представить себе было невозможно, что эти слова применимы к профессии врача. Врач – это, конечно, не Бог, но точно его помощник!

Автор: Елизавета Ноздрина
Фото: Александр Губарев