Главный герой

Игорь Войтулевич: «Плюнул бы на все и приехал в Смоленск…»

OLYMPUS DIGITAL CAMERA
Постановка Игоря Войтулевича «Страсти роковыя» идет на смоленской сцене уже 24 года.
13 Марта 2017 11:27
373
0

Игорь Войтулевич для Смоленского драматического театра – фигура знаковая. Десятилетие работы режиссера в нем театралы называют «эпохой Войтулевича». «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», «Дон Жуан», «Лев зимой», «Кармен», «Ромео и Джульетта», «Снегурочка». Когда-то эти спектакли гремели не только в нашем городе, но получали весьма лестную критику в других регионах и искушенной столице. Именно благодаря им о Смоленском драматическом театре заговорили, как о театре интеллектуальном.

Игорь Геннадьевич приехал к нам в 1994-ом году по приглашению тогдашнего главного режиссера Петра Дмитриевича Шумейко. Спустя пять лет, после внезапной смерти последнего, возглавил труппу. А еще через пять уехал «пытать счастья» в Москву. Поставил там несколько хорошо прозвучавших спектаклей, в том числе в театре, который возглавляет друг Войтулевича Константин Райкин, «Сатирикон». Параллельно с работой на театральных подмостках снимал сериальные хиты Первого канала и России-1 – «Татьянин день», «Танго с ангелом», «Формула счастья», «Сестра моя, Любовь» и др. В 2011-ом году поставил в Смоленске спектакль ««Benvenuto, Отелло!» по пьесе Кена Людвига «Одолжите тенора!». А вот сейчас о режиссере практически ничего не слышно.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA
OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Накануне Международного дня театра, который отмечается 27 марта, мы пообщались с Игорем Геннадьевичем о смоленском периоде, спектаклях-долгожителях и запросах публики. А также выяснили, куда исчез с театрального небосклона любимый режиссер.

– От работы в Смоленском театре у меня остались самые великолепные впечатления. Ну, а как ещё! Для меня это было золотое время. Так как-то сложились обстоятельства, что во всех задумках мне шли навстречу. Мне не отказывали, и ничего, и никого не навязывали. Я что хотел, то и ставил. По возможности труппы и своих сил, конечно. Я реализовал то, что хотел, то, о чём мечтал. Поэтому, в этом смысле, Смоленск – моё самое прекрасное время.

– Игорь Геннадьевич, Ваша постановка «Страсти роковые» идёт на малой сцене скоро уже двадцать четыре года…

–…Это даже печально.

– Почему же печально? Спектакль по-прежнему интересен зрителю. Сейчас его смотрит, получается, уже третье поколение.

– Мне, конечно, приятно это слышать. Но я не отношусь к этому с пиететом. Посмеялись полтора месяца и сделали. У нас все репетиции начинались со смеха. Мы не работали, мы веселились. Пота-крови не было. Может быть, поэтому так и получилось. Хотя я никогда не бываю особенно удовлетворён тем, что сделал. То, что говорят комплиментарно, нужно делить на 88. Вопрос, как ты сам к себе относишься, насколько ты реализовался, как получилось. А удовлетворён я бываю редко.

010007

– А как же современный постулат, что искусство должно зарабатывать деньги, а, значит, идти на поводу у публики, и нравиться всегда, всем без исключения, и чтобы на каждый спектакль – аншлаг?

– Это глупость, считать, что всё всегда и всем должно нравиться. Великий Мейерхольд сказал, что успех – это когда одна половина зала ненавидит, другая – кричит «Браво!». После премьеры постановки спектакля «Ромео и Джульетта» было именно так. Мне многие ставили в упрек и выбор актрисы на главную роль, и решение спектакля. Говорили, что нельзя так издеваться над классикой. Другие же, наоборот, поздравляли и хвалили. Поэтому прекрасно, что люди воспринимают твою работу по-разному. Когда же все берут под козырек и говорят «Здорово!», это как раз настораживает. Идти на поводу у публики нельзя ни в коем случае. Это порочный круг. Я уверен, что нужно, конечно, «кость» какую-то дать на потребу. Ну, а дальше заниматься только искусством. А как еще? Иначе театр не может расти. Это же не баня! Он не обслуживает. Он все-таки, и мы с вами никуда от этого не денемся, формирует и воспитывает. Соблюсти баланс между зарабатыванием денег и искусством не всегда просто. Наверно, стоит делать упор на составляющие, которые формируют вкус, но и все-таки «бросать кость» на потребу публики.

–Ваш уход в сферу киносериалов – та самая «кость»?

–Сериалы пошел снимать не от хорошей жизни, но там очень неплохо платят. Хотя я никогда не был киносериальным режиссёром. Я всегда был театральным режиссером и, надеюсь, с этим помру. По возможности, я, конечно, пытался все делать честно. Насколько это возможно в наших условиях, в нашей стране.

– Со смолянами общаетесь? Поддерживаете связь с театром?

– Честно сказать, не очень. С Леной Егоровой (балетмейстер драматического театра – прим. ред.) поддерживаем отношения. Николай Агафонов, с которым вместе работали практически над всеми спектаклями (художник-постановщик сейчас Камерного театра – прим. ред.) – это друг мой вечный. Он может в любой час дня и ночи мне позвонить или появиться. Для таких людей у меня дверь всегда открыта настежь. С актерами как-то нет. В основном, плотно общаюсь с теми, кто переехал в Москву.

–Игорь Геннадьевич, о вас сейчас мало что слышно. Чем занимаетесь?

–Я – тунеядец. Это из серии – почему верблюд не ест банан? Он их ест, но ему их не дают. Помните выражение «время разбрасывать камни и время их собирать». Видимо, у меня сейчас «время собирать камни». Хотя в тунеядстве тоже есть своя прелесть. Например, можно много размышлять. Мечтаю поставить пьесу. И не буду оригинальным, я сделал много переводов и один универсальный – «Гамлета». Сценарий ждет своего часа. Готов поставить его хоть в Смоленске. И если поступит предложение, с удовольствием его приму. Для меня Смоленск – это город, который практически создал меня, если можно так пафосно сказать про себя, как художника, как режиссера. Там столько было прекрасного. Поэтому, поверьте, я бы с удовольствием плюнул на всё, поехал и поставил там всё, что угодно.

OLYMPUS DIGITAL CAMERA
OLYMPUS DIGITAL CAMERA

– Впереди ваш профессиональный праздник – День театра, желаю, чтобы именно так и случилось! А что бы вы хотели пожелать себе и зрителям?

–Я ничего не буду говорить про себя. А вот зрителям мне бы хотелось сказать, что всегда, когда покупаешь билет, необходимо надеяться на чудо. Потому что человек, актер, выходит на площадку, создает нечто, что имеет отношение к произведению искусства. Нечто эфемерное, что очень трудно описать словами, можно лишь почувствовать. Поэтому нужно надеяться на чудо, ждать его и не переставать в него верить.

– Спасибо вам, Игорь Геннадьевич!

– Спасибо вам, что помните, не забываете, и привет Смоленску!

 

Автор: Елизавета Ноздрина
Фото: Смоленский драматический театр имени А.С. Грибоедова